Итальянская живопись в XVII и XVIII веках

XIII - Живописцы эпохи Барокко

Эти "зрелые" иностранцы также примыкали, так или иначе, к натурализму, брали у него все то, что им было нужно, или скорее то, к чему влек их же собственный национальный вкус. Но этим одним они не удовлетворялись. В равной степени они были способны понимать все самые сложные и глубокие явления, и с особым энтузиазмом обращались они к Тициану, Джорджоне и Бассано, черпая в них какое-то подкрепление для своего собственного влечения к свободе, к краске, к "живописной самости". Вполне естественно, что эти-то жизненные художники-иностранцы, зрелые в своем мастерстве и полные непочатых сил, оказывались более способными, нежели итальянцы, противостоять засушивающему влиянию академизма; они оставались, несмотря на новые условия жизни, теми же здоровяками, какими они приехали; они сохраняли всю свою непосредственность, наивность и силу. И вот, в свою очередь, вследствие всего этого они невольно оказывались в положении каких-то тормоши-телей тех итальянских художников, которым не хотелось идти в чью-либо кабалу, которые во что бы то ни стало желали оставаться свободными. Среди приезжих "тормошителей" самым сильным был Рубенс - истинный полубог живописи, воскресший Дионис, радостный и беспредельно свободный. Следы его влияния мы и найдем у лучших красочников итальянской живописи XVII века - у Фети и у его двойника Лейса, у Строцци, у Кастильоне, у Маттии Прети, у Валерио Кастелло. Но почти столь же значительные роли в образовании "свободных" итальянских художников сыграли знакомые уже нам Бриль, Эльсгеймер, Бот и прочие "итальянские голландцы", а также Калло, Клод Лоррен, Пуссен, ван Дейк и, наконец, Рембрандт, Последний не был сам в Италии, но искусство его было знакомо наиболее выдающимся из итальянских живописцев (например, Кастильоне, Розе, Прети, Джузеппе Креспи), главным образом, по его офортам, а Стефано делла Белла, самый восхитительный из итальянских peintres-gfaveursoв XVII века, тот даже побывал сам в Нидерландах и, вероятно, явился на поклон в Амстердаме к печальному и дивному "Демону Севера".

Мы отказываемся здесь перебрать всех выдающихся "чистых и свободных живописцев" эпохи барокко. Это завело бы нас слишком далеко. Достаточно будет, если мы остановимся хотя бы на главнейших, на самых тонких среди них, ярких и живых. - Большинство этих художников представляют исключительно "личный" интерес; есть, однако, между ними и несколько таких мастеров, которых приходится считать вехами в общей истории искусства и без которых "происхождение" многих последующих явлений не было бы понятным. Особенно важные роли принадлежат: генуэзцу Кастильоне, от которого идет вся французская пастораль XVIII века, неаполитанцу Сальватору Розе, от которого, в значительной степени, следует производить "романтичный пейзаж" и который играет важную роль в истории батальной живописи; наконец, великими вдохновителями английских пейзажистов, столь много значащих во всем обновлении живописи XIX века, оказываются видописцы Венеции: Антонио Канале и Гварди - особенно последний.